Судьба ювелирных украшений в первые послереволюционные десятилетия складывалась драматично: от принципиального игнорирования как знаков, маркирующих буржуазную культуру «старого мира», до использования в качестве маркеров в семиотическом поле новой советской культуры. Ярче всего эволюция их статусного значения проявилась в советском кинематографе 1930-х гг. В первой половине десятилетия их появление в кинолентах было обусловлено спецификой построения кадра при переходе к звуковому кино, необходимостью задержать и сконцентрировать внимание зрителя на персонаже с помощью деталей, придающих кинематографической характеристике образа ту или иную окраску.
The fate of the jewelry in the first decade after the revolution evolved dramatically: from its fundamental disregard as a sign, marking the bourgeois culture of the “old world”, to its use as a marker in the semiotic field of the new Soviet culture. Clearly the evolution of its status values is manifested in the Soviet cinema of the 1930s. In the first half decade it appearance in films was due to the specific structure of the frame during the transition to sound film, the need to hold and concentrate viewer’s attention on the character with details that give film characteristics of the image a particular nuance.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.