В статье рассматривается влияние Лейбница на философскую систему архиепископа Никанора (Бровковича). Одним из важнейших аспектов философии архиеп. Никанора является учение об индивидуальных субстанциях - эйдосах. Несмотря на очевидный платонический контекст, эйдосы у него во многом схожи с монадами у Лейбница. Анализируется то, каким образом архиеп. Никанор, осознавая свою зависимость от лейбницианства, проводит границу между учением об эйдосах и учением Лейбница о монадах. В итоге делается вывод о том, что в своей системе архиеп. Никанор производит такую трансформацию лейбницианства, которая оказывается характерной для всего последующего русского христианского персонализма.
The article analyzes the influence of Leibniz’s philosophy at the philosophy of Archbishop Nicanor (Brovkovich). One of the most important aspects of the philosophy of Arch. Nicanor is a doctrine of individual substances - Eidoses. Eidoses in the philosophy of Arch. Nicanor are similar to Leibniz’s Monads, despite their Platonic origin. The paper analyzes how the Arch. Nicanor, conscious of his dependence on Leibnitzianism, draw the line between his doctrine of Eidoses and the Leibniz’s doctrine of Monads. As a result, it is concluded that the Archbishop Nicanor produced such a transformation of Leibnitzianism that became the main characteristic for all subsequent Russian Christian personalism.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.